Михаил Голованов: «Вздыхать и отдыхать некогда»

В воскресенье мессенджеры каменцев взорвала новость: «Михаила Голованова уволили с поста главврача онкодиспансера в Севастополе из-за мучительной смерти пациентки». С таким заголовком вышла «сенсация» на одном из городских сайтов. Другой медиаресурс уточнял: «Голованов покинул пост главного онколога Севастополя после жалобы Путину».  

Рассылая сообщение своим более осведомленным контактам, каменцы сопровождали его вопросами «Это утка?» и тому подобными. Сам Михаил Голованов начал получать сообщения и звонки из разных городов еще раньше. Возмущались коллеги, знакомые, друзья из мотоклуба «Черные ножи», а главное - негодовали севастопольцы, знающие истинное положение дел.

В отличие от каменских распространителей интернет-фейков, журналист из информагентства «Европейско-Азиатские новости» без труда нашел номер телефона депутата Заксобрания и попросил Михаила Голованова прокомментировать не только ситуацию, но и явную нестыковку в датах и фактах.

 

- Михаил Юрьевич, так откуда же ноги растут у «сенсации»?

- 16 мая в Сочи проходил медиафорум региональных и местных средств массовой информации. С журналистами общался Владимир Путин. И среди прочих вопросов журналистка из Севастополя рассказала президенту историю пациентки онкодиспансера, которая скончалась в сентябре 2018 года. Диагноз был поставлен в 2016 году, женщина была прооперирована. Когда я в июле 2018 года приехал в Севастополь и возглавил онкодиспансер, захватил уже финал трагедии. Мы с коллегами наладили пациентке прямые видеоконсультации со специалистами трех ведущих федеральных институтов: нейрохирургии, онкологиии и радиологии. Работали почти в ежедневном режиме. За это непростое время познакомился с ведущими химиотерапевтами и нейрохирургами страны. Но болезнь взяла свое.

Разбирательство по этому случаю продолжается с февраля 2018 года. По заявлению дочери об отказе в химиотерапии и вымогательстве денег тогда было заведено уголовное дело. Фигуранты даже проходили обследование на детекторе лжи.

- Так как же вас могли уволить за это после жалобы Путину, если онкодиспансер вы перестали возглавлять уже 1 мая? Кстати, почему вы решили уволиться и вернуться в Каменск?

- Меня пригласили в Севастополь, чтобы реализовать интересный проект по строительству нового онкоцентра и наладить эффективную онкопомощь населению. Порядок в онкологической службе мы с коллегами, в том числе и приехавшими из Каменска, навели. Структурировали онкопомощь, перестроили экономику и бухгалтерию, закупку медикаментов, их учет и распределение. Исключили почву для злоупотреблений. И, очевидно, «наступили на хвосты».

В Севастополе здравоохранению присуща своя специфика. Почти два десятка лет государственное здравоохранение разрушалось без финансирования. И это было на руку руководителям частных клиник. Мы подняли уровень оказания услуг. К примеру, привозили специалистов из Петербурга, которые делали серьезнейшие операции с протезированием аорты и другие. Севастопольцы пошли лечиться за счет средств обязательного медицинского страхования (ОМС).

С 2015 года в онкодиспансере монтировался линейный ускоритель для лучевого лечения пациентов. Начав форсировать процесс, к ноябрю мы выяснили, что к облучателю недопоставлено оборудования на 20 миллионов.  А производитель – американская компания. При том что Крым – под экономическими санкциями. Встретился с представителями европейского офиса компании. К концу декабря получили запчасти. Но следом выявились серьезные проблемы при проектировании защиты помещения. Когда уезжал из Севастополя, ускоритель был готов к запуску.

Были и другие профессиональные радости за 10 месяцев работы. Но строительство онкоцентра не сдвинулось с места. Хотя вся проектно-строительная  документация готова. Это и определило мое решение о возвращении в Каменск.

К слову сказать, и вопрос журналистки на медиафоруме – не столько о частной трагедии, прежде всего это попытка привлечь внимание к непростой ситуации в здравоохранении Севастополя.

- Да, судя по стенограмме, она сообщила президенту, что его поручения по медицине не выполняются, несмотря на огромные деньги, выделяемые Севастополю. Видимо, дело в деньгах?

- Кроме онкоцентра в Севастополе запланировано строительство еще двух современных медучреждений – инфекционной больницы и больницы скорой медицинской помощи. Проектная документация прошла экспертизу, можно строить. Общий объем финансирования – более 10 миллиардов. Освоить эти средства, выражаясь политкорректно, пытались разные центры влияния. Дважды в федеральной антимонопольной службе были опротестованы результаты подрядного конкурса, где побеждали фирмы с небольшим уставным капиталом, не имеющие опыта строительства подобных медучреждений.

Зная качество проектной документации, могу уверенно сказать: справиться с задачей по силам только серьезным федеральным игрокам, таким как корпорация «Ростех». Специальное подразделение Ростеха имеет громадный опыт социального строительства, его силами сданы в эксплуатацию 15 перинатальных центров по России.

Эту идею - привлечь федеральные структуры к строительству онкоцентра и остальных медучреждений – мы продвигали вместе с Ольгой Леонидовной Тимофеевой, сенатором Федерального Собрания от Заксобрания Севастополя. Это неравнодушный человек, действительно болеющий за родной город.    

Счастлив, что буквально в эти дни решение принято. Помощник сенатора сообщила мне, что президент подписал указ о едином застройщике Севастополя – Ростехе.  

- Сенатор в курсе информационной атаки?

- В начале июня Ольга Леонидовна приезжает из Москвы в Севастополь на региональную неделю. Уже запланировано ее телевизионное выступление на местном канале, разоблачающее всю ложь вокруг «увольнения после жалобы Путину».

Дело не только в моей репутации. Для меня лучшая сатисфакция – начало строительства онкоцентра. Но севастопольцам-то жить дальше в своем городе. А там - не секрет для всей страны - серьезное противостояние ветвей власти. Сейчас особый накал, потому что в сентябре – выборы депутатов Заксобрания. И эта история – резонанс политических войн, попытка отвлечь внимание от реальных проблем в здравоохранении.

- Не жалко оставлять начатое в Севастополе?

- Коллеги и друзья пишут, что надеются на улучшение политического климата в Севастополе,  зовут вернуться. Но я, как говорят моряки, свою вахту отстоял честно. Мне не стыдно за выполненную в Севастополе работу, как и за все годы в здравоохранении. Когда ехал в Крым, я знал, как должно быть и что нужно сделать в онкодиспансере. Теперь еще знаю, как не должно быть в медицине. И в жизни.

Крым – особая территория России, а Севастополь – особый город Крыма. Здесь, где на каждом шагу – адмиралы, где 40 тысяч военных пенсионеров, где в школах преподают севастополеведение, где множество истинных патриотов города-героя, - невероятная концентрация чести и совести.  И наоборот. Не скажу, что Севастополь кардинально поменял мое мировоззрение, но обогатил знанием человеческой натуры – точно.

- На чем теперь собираетесь сконцентрироваться профессионально?

- На работе в избирательном округе и решении каменских задач. В Заксобрании начинается подготовка к формированию бюджета-2020. Надо определиться, какие проекты и стройки Каменску важно профинансировать в следующем году, другими словами, что лоббировать каменским депутатам в областном парламенте.

Кроме того я руковожу общественным советом при партийном проекте «Здоровое будущее». Там тоже немало вопросов по обеспечению пациентов медикаментами и медицинской помощью, в том числе – онкобольных. Так что вздыхать и отдыхать некогда. 

 

Елена ЖУКОВА

общественное мнение

Геннадий МОИСЕЕВ В общественно-политическую жизнь города я включился в конце 80-х годов и могу сравнивать управленческие системы социализма и рыночного времени, а также оценивать перемены в финансовом механизме муниципальной жизни.